Бхагавад-гита в комментаторской традиции Гаудия-вайшнавов

 БГ. Часть 1

Ари Мардан д.: Харе Кришна, уважаемая Джагад Мохини диди. Вся слава Шриле Гурудеву!

Мы хотим взять у вас интервью. Это первое ваше интервью для «Сат-сампрадаи». Читатели нашего сайта знают вас как активного переводчика книг Гаудия-вайшнавов. Ещё в девяностые годы вы издали монументальную книгу о Шри Чайтанье Махапрабху. Фактически именно эта книга во всей полноте рассказала гаура-лилу русскоязычным вайшнавам. В те времена на эту тему была лишь одна небольшая книга Шрилы Прабхупады «Учение Шри Чайтаньи», которая больше рассказывала о философии Господа Чайтаньи и лишь вкратце о Его деяниях. Все хотели узнать о Нём подробнее, но на русском об этом ничего не было. Я помню, когда я жил в храме в Сухарево под Москвой, там по утрам читали «Чайтанья-чаритамриту» с английского. Тогда, ваша трилогия «Гауранга. Послание любви», изданная в середине девяностых годов, стала чрезвычайно своевременной. И до сих пор эти голубые три тома для многих остаются самой любимой книгой, хотя теперь у нас есть не только вся «Чайтанья-чаритамрита», но также «Чайтанья-мангала» и «Чайтанья-бхагавата». Также в начале девяностых вы издали детскую книгу «Пастушок из Гокулы» (http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=4787514) и замечательный комикс Шьямарани диди — «Камень Сьямантака». Первый том «Рамаяны», над которым вы работали два года, по сей день можно приобрести в ИСККОНе.

В санге Шри Шримад Бхактиведанты Нараяны Махараджа вы также перевели много замечательных книг. Позвольте мне перечислить их: «Нектар Говинда-лилы», «За пределы Вайкунтхи», «Из уст садху», «Шлокамрита-бинду», «Бхаджана-рахасья», «Шикшаштака», «Бхакти-расамрита-синдху-бинду», «Рагавартма-чандрика», «Паломничество во Врадж», «Навадвипа-дхама-махатмья», «Вершина преданности», «Бхакти-таттва-вивека» (2 издание), «Дамодараштака», «Рай-Рамананда-самвад», «Сокровенные истины Бхагаватам», «Бхакти-расаяна», а также автобиография Шрилы Гурудева – «Шрила Бхактиведанта Нараяна Госвами Махарадж. Воспоминания. События. Факты». Под вашей редакцией вышли «Гаудия-гити-гуччха», «Нектар наставлений», «Прабандха-панчака», «Гаура-вани-прачарине», «Шри Гуру – сама моя жизнь», «Едины во взглядах – едины душой», «Тайны непознанной души» (2 издание), «Путь любви». Пожалуй, на сегодняшний день вы одна из самых опытных и плодовитых русских переводчиков литературы Гаудиев. Радостно также отметить, что такие книги как «Паломничество во Врадж», «Шлокамрита-бинду» и «Гаудия-гити-гуччха» вышли далеко за рамки последователей Шрилы Нараяны Махараджа и стали достоянием всего сообщества русскоговорящих вайшнавов.

Я знаю, что сейчас вы работаете ещё над несколькими книгами. Вы упоминали о переводе «Гопи-гиты», «Вену-гиты», книги по джива-таттве «Путешествие души», а также переиздании «Шлокамрита-бинду». Таким образом, на вашем счету уже более тридцати книг!

Однако больше всего вопросов вызывает ваша работа над «Бхагавад-гитой». Недавно было опубликовано объявление о скором издании «Бхагавад-гиты» с комментариями Шрилы Вишванатхи Чакраварти Тхакура и Шрилы Гурудева. Там было сказано, что эта книга является плодом многолетнего и скрупулёзного труда целой группы специалистов. Не могли бы вы подробнее рассказать, что вы под этим имели в виду?

Джагад Мохини д.д.: Да, конечно. Вот как началась моя работа над «Гитой». У нас уже был перевод «Бхагавад-гиты» с английского в электронном виде, выполненный Шашипадом Прабху, и преданные обратились ко мне с просьбой подготовить этот перевод к печати. Он всем хорошо известен и до сих пор доступен в интернете. Передо мной стояла простая задача: сверить имеющийся перевод с английским исходником и стилистически его поправить. Всё это произошло около десяти лет назад – я затрудняюсь в точности сказать, это был 2005 или 2004 год.

Ари Мардан д.: Я помню, в 2004 году обсуждался вопрос о публикации «Гиты» на русском во время Волгоградского фестиваля. Тогда мне хотелось поторопить преданных, которые ответственны за издание книг.

Джагад Мохини д.д.: Да, возможно. Я приступила к работе, ориентируясь исключительно на английский перевод. Однако в процессе у меня возникало всё больше вопросов. Позвольте, я приведу один пример: текст 2.4, конец комментария Шри Вишвантхи Чакраварти. Арджуна говорит Кришне: «О дорогой друг, Тебе тоже не раз доводилось убивать в бою врагов, но Ты ведь не убивал Своего гуру, Сандипани Муни, или Своих родных – членов династии Яду. И Ты не можешь сказать, что асуры, такие как Мадху, принадлежат к числу Ядавов. Это было бы неправдой. Поскольку демон Мадху был Твоим врагом (ари), я и обратился к Тебе как к Арисудане – покорителю врагов».

Не знаю, как вам, но мне этот пассаж был абсолютно непонятен и нелогичен. В то же время, надо сказать, что русский перевод в точности повторяет английский. Это заставило меня обратиться к переводу на хинди, с которого был сделан английский перевод. Поскольку сама я не владею языком хинди в должной мере, я привлекла к работе Радхику, мою дочь. Надо сказать, это был поворотный момент, потому что он показал мне, что я взялась за дело, не имея никакого представления о сложности задачи.

Радхика прочитала этот кусочек текста на хинди и на санскрите, и вот что оказалось. Цитирую новый перевод этого же отрывка:

— О дорогой друг Кришна, Тебе тоже приходилось не раз убивать врагов на поле боя, но ими никогда не были Твой гуру Сандипани или родные — члены династии Яду.

С этой мыслью Арджуна называет Кришну Мадхусуданой. Чтобы не показалось, что слово мадху в этом имени относится к потомкам Мадху[1], или Ядавам, он также называет Его Арисудана, «покоритель врагов».

Таким образом, он поясняет:

Я хочу сказать, что Твоим врагом (ари) был демон по имени Мадху[2], а не Твои родственники из династии Мадху.

[Жирным шрифтом выделен вставной по отношению к исходному санскриту текст]

Не правда ли, второй вариант имеет смысл?

Ари Мардан д.: Как раз по этому поводу я хотел сказать, что мы обычно имеем дело с переводами священных текстов, сделанными не с санскрита, бенгали или хинди, а с их английских переводов. В лучшем случае русский становится третьим языком перевода, а зачастую – и пятым. В такой ситуации ошибки неизбежны, потому что на каждом этапе переводчик по-своему интерпретирует текст.

Джагад Мохини д.д.: Я не хочу обсуждать подробности процесса и квалификацию людей, потому что  ценю любую попытку перевода. Дело в том, что перевод с санскрита – чрезвычайно сложная задача, требует серьёзной профессиональной подготовки, знания языка, а также знания традиции. Это научная задача высокого уровня. Скажем, для Российской Академии Наук перевод «Махабхараты» потребовал чуть ли не семьдесят лет, два или три поколения санскритологов и создание целой переводческой школы. То есть это задача глобальная, решаемая на уровне государства. Я не хочу никоим образом уменьшить заслуги искренних переводчиков, по мере своих возможностей помогающих преодолевать языковой барьер и заполняющих информационные пробелы. Кроме того, перевод – это всегда толкование, и поэтому он допускает какую-то возможность ошибок.

Перевод принято оценивать примерно так: если, скажем, 80-90% текста достоверны и стилистически грамотны, то перевод можно принять, а если процент достоверности меньше 50%, то его нельзя принять в принципе. Что касается русских переводов, то среди вайшнавов специалистов по санскриту крайне мало, большинство из них самоучки, поэтому рассчитывать на какие-то серьёзные достижения не приходиться. Например, если ачарья, духовный учитель, рассказывает хари-катху на английском, или сам пишет дословный, литературный перевод и свой комментарий на английском, как это сделали Шрила Бхактиведанта Свами Прабхупада или Шрила Бхакти Ракшак Шридхар Махарадж, то в переводе на русский мы имеем дело с оригиналом, созданным автором. С переводом классики Шрилы Гурудева всё гораздо сложнее, потому что он писал на хинди. Таким образом, мы вынуждены работать с английскими переводами:  английский – это единственное, чем у нас обычно владеют в достаточной мере, что бы переводить.

Переводчиков с хинди в разы меньше, а с санскрита – я вообще не говорю. Но это не означает, что к английским переводам теперь нет доверия – я не хочу этого сказать ни в коем случае. Я знаю, что группа английских переводчиков, и прежде всего, те, кто занимается редактурой, проделывают огромную исследовательскую работу. Они тяжело трудятся и очень стараются, и их попытку нельзя недооценивать. Особенно, когда у нас нет выбора. Однако при этом я хочу также подчеркнуть исключительный шанс, который выпал на мою долю как редактора и на долю «Бхагавад-гиты». Благодаря участию Радхики мы смогли обратиться к оригинальным текстам всех трёх комментариев: Шри Вишванатхи Чакраварти на санскрите, Шрилы Бхактивиноды Тхакура на бенгали и Шрилы Гурудева на хинди. Это позволило использовать наилучшие переводческие решения, найденные английскими переводчиками, и восполнить все их недоработки. Я верю, что в этом есть воля Кришны и Шрилы Гурудева, потому что «Бхагавад-гита» – судьбоносная книга, самая известная из всего, что есть в индуизме, «индусская Библия».

Ари Мардан д.: Да, «Бхагавад-гита», которая выходила в 90-х годах стотысячными тиражами, перевернула сознание множества людей в нашей стране, так что они стали преданными. А переводил её человек, который мало знал традицию и практику Гаудия-вайшнавов и вовсе не владел санскритом.

Джагад Мохини д.д.: «Бхагавад-гита» Шрилы Прабхупады переводилась с английского, потому что он написал её на английском. Задача при переводе на русский была гораздо проще, но и в нём было много ошибок. Эту книгу не могли оценить по достоинству не только российские индологи и санскритологи, но и просто интеллигенция, потому что стиль перевода с английского на русский был слишком буквальным. Позже в ИСККОНе в России перевод «Бхагавад-гиты» сделали заново, и я замечу, что прошло более тридцати лет, пока российские учёные высказали всё-таки свою оценку этой работы, и эта оценка была в большей степени положительной.

Но давайте вернёмся к изначальному вопросу, почему работа над «Гитой» у нас заняла столько лет? Отчасти я уже ответила, но хочу добавить. За эти годы перевод нами был сделан трижды: сначала с английского заново, потом с хинди, пока мы, в конце концов, не обратились прямо к санскриту и не выработали ясную концепцию этого сложного и многоязыкового перевода. По замыслу Шрилы Гурудева его «Гита» включает: комментарий Шри Вишванатхи Чакраварти как основной, написанный в семнадцатом веке на санскрите, затем два комментария Шрилы Бхактивиноды Тхакура на бенгали как вторичные, написанные в девятнадцатом веке и приведённые в комментарии Шрилы Нараяны Махараджа, написанном в конце двадцатого века на хинди. Можете себе представить, что это была за задача? Три комментария на трёх разных языках в одном смысловом единстве! Какая концепция перевода стихов «Бхагавад-гиты» и дословного перевода? Ведь санскрит «Гиты» можно трактовать по-разному, это известный факт. «Гита» многозначна, поэтому, скажем, есть комментарии на «Гиту» Шанкарачарьи в школе адвайтинов или Абхинавагупты в школе кашмирского шиваизма.

Ари Мардан д.: Когда Бхактиведанта Свами издавал свой перевод «Бхагавад-гиты», на Западе уже существовало более четырёхсот её переводов на английский. Он говорил, что все они были оторваны от веками существующей в Индии традиции, и потому не изменили жизнь ни одного человека. Именно поэтому он назвал свою «Гиту» – «как она есть», то есть без искажений. Благодаря его книге сотни тысяч людей по всему миру снова обрели преданность Богу. Иными словами, переводчик «Гиты» должен быть преданным.

Джагад Мохини д.д.: Концепция перевода – это фокус, через который комментатор или переводчик видит изначальный текст, и этот фокус определяется его мировоззрением. Скажем, если комментатор обладает мировоззрением адвайтина в школе Шанкарачарьи и видит единство в разнообразии, то он соответственным образом прочитывает стихи «Бхагавад-гиты». И стихи «Гиты» допускают подобную трактовку, потому что комментарии строятся исключительно на интерпретации слов, а интерпретация зависит от словарного значения слова, контекста или различных правил грамматики санскрита. Иными словами, комментатор в своей интерпретации ограничен словарным значением, контекстом и правилами санскритской грамматики и логики. Например, одни слова используются только в прямом значении и не подлежат интерпретации, а другие – многозначны, и комментатор выбирает именно то их значение, которое отвечает его философской доктрине.

Сейчас я говорю только об искусстве интерпретации. Совсем другое дело – учение «Бхагавад-гиты», суть «Бхагавад-гиты». Я думаю, что Шрила Прабхупада, говоря об истинности «Бхагавад-гиты как она есть» по сравнению с другими сотнями переводов, имел в виду именно это. «Гиту» можно переводить вне традиции, другое дело – как её при этом понимать и трактовать. Многие рассматривают её, прежде всего, как литературное произведение, ведь это часть эпоса «Махабхарата», то есть вне какого-либо религиозно-философского контекста. И текст «Гиты» это допускает.

Ари Мардан д.: Это очень интересно. Как я понимаю, вы узнали обо всех этих нюансах благодаря совместной работе с Радхикой, которая переводила комментарий Шри Вишванатхи с санскрита. Вы не могли бы немного рассказать о Радхике?

Джагад Мохини д.д.: Спасибо, что вы спросили об этом. Мне бы хотелось немного рассказать о ней как о переводчике, потому что в России её мало знают, хотя она много сделала для преданных, несмотря на свой юный возраст. Я привезла её во Вриндаван, когда ей было семь лет, и тогда же она получила харинаму у Шрилы Гурудева. Когда ей было десять, на Гаура Пурниму она получила дикшу, а осенью того же года Шрила Гурудев послал её учиться в санскритскую школу на Кеши-гхате, которая находилась недалеко от Рупа Санатана Гаудия Матха. Эту школу возглавлял Бхакти Кинкар Шридхар Махарадж из Чайтанья Матха.

Шридхар Махарадж находился со Шрилой Гурудевом в близких отношениях, и многие брахмачари из Рупа-Санатана Гаудия Матха учили у него санскрит наряду с другими брахмачари, бабаджи и санньяси из разных вайшнавских традиций. Он обучал санскриту по грамматике Шрилы Дживы Госвами «Харинамамрита-вьякарана» и разбирал на уроках шлоки «Шримад-Бхагаватам». Радхика была у него единственной девочкой. Она обучалась у него до шестнадцати лет и прошла полный курс грамматики. У неё есть соответствующие сертификаты. Когда она заканчивала эту школу в 2009-м году, сразу после Гуру Пурнимы я встретилась с Гурудевом. Он спросил меня, где Радхика и как у неё дела – её не было со мной в тот момент, и я ответила, что она закончила санскритскую школу и сейчас хочет поступить в Бенаресский Университет Индуизма. В Индии этот государственный университет является старейшим. Он основан в 1911 году Мадан Моханом Малвией, сподвижником Ганди, при поддержке британского правительства с целью сохранить традицию индуизма и все имеющиеся манускрипты. Более того создание этого университета благословили все величайшие садху Индии того времени, в том числе Шрила Бхактисиддханта Сарасвати, а строили его на пожертвования индийских царей.

Радхика хотела попасть на отделение классического санскрита, и Гурудев, услышав об этом, сказал:  «Она очень умная девочка». После такого его согласия мы подали документы, и она была зачислена. Сразу после Гаура Пурнимы в 2010 году она встретилась с Гурудевом. Это было почти за полгода до его последней поездки в Россию. Она подошла к нему, когда он сидел на лужайке в Гиридхари Гаудия Матхе на Говардхане, и сказала: «Меня зачислили, и я теперь должна уехать в Варанаси. Мне очень страшно покинуть Вриндаван, остаться без общения с преданными». Шрила Гурудев благословил её и сказал: «У тебя всё будет хорошо». Во время этой короткой беседы он погладил её по голове…, в общем, он был ею доволен. Он спросил: «Ты что, не была на Гаура Пурниме?» И она ответила: «Я была, но только в самом хвосте, и потому ты, Гурудев, меня не увидел». Гурудеву нравилось, что она занимается санскритом.

В 2007 году мы вместе с ним поехали в город Джамму в штате Кашмир, где у Шрилы Гурудева были организованы проповеднические программы. В один из дней перед началом программы он подозвал Радхику к себе и спросил: «Ты можешь сказать что-нибудь о бхакти на санскрите? Несколько слов…» Ей тогда было пятнадцать лет. Она ответила: «Гуруджи, я боюсь!» И тогда он сказал: «Ничего-ничего, я буду рядом».

Ари Мардан д.: Слушателями были санньяси?

Джагад Мохини д.д.: Это было большое собрание местных индийцев среднего класса. Гурудев давал хари-катху.

Ари Мардан д.: Они приехали на парикраму?

Джагад Мохини д.д.: Нет, это была обычная проповедническая программа в городе Джамму. Для Шрилы Гурудева были организованы программы, его кто-то туда пригласил, и каждый день в пандале там собиралось двести или триста человек. Традиционная программа – киртан, хари-катха. И вот в один из дней он попросил Радхику обратиться к аудитории на санскрите, что она благополучно и сделала. Она говорила минут пять, и когда она закончила, Гурудев рассмеялся – он был очень горд ею – и сказал: «И никто тебя не понял!» У меня есть фотографии этого момента, когда она разговаривает с Гурудевом. Это очень дорогие для нас фотографии.

Ари Мардан д.: Спасибо, замечательная история. А как Радхике удалось совмещать работу над «Бхагавад-гитой» с обучением в университете?

Джагад Мохини д.д.: Здесь одно поддерживало другое. Она овладела санскритом по всем параметрам владения языком: говорение, восприятие на слух, чтение, писание и перевод в обе стороны. Помимо грамматики санскрита это включало также изучение логики и анализа санскритского текста. Вместе это дало ей возможность читать древние тексты. Она училась на протяжении семестра, а в каникулы – зимние и летние – мы садились за работу. Чем глубже она понимала язык, тем точнее переводила, а процесс перевода в свою очередь обнаруживал пробелы в знаниях. И когда она возвращалась к своим занятиям, она уже знала, что нужно восполнить.

Ари Мардан д.: Да, когда я встречался с нею во Вриндаване в 2009 году, меня удивило то, что она уже знала пять или шесть языков несмотря на то, что тогда ей было кажется восемнадцать лет.

Джагат Мохини д.д.: Да, но дело не в этом. Она всегда много работала, несмотря на слабое здоровье, и набрала нужную квалификацию. Совсем недавно она помогала Мадхукару Прабху подготовить последний песенник на английском — это наиболее полное собрание молитв и песен Гаудия-вайшнавов. А также сделала полный перевод видео Враджа-мандала-парикрамы Шрилы Гурудева 1989 года. Шрила Гурудев говорил там на трёх языках: хинди, бенгали и санскрите, и Радхика затранскрибировала каждое его слово и потом сделала перевод. Благодаря ей у нас теперь есть титры на английском и на русском. В издании «Мадхурья-кадамбини» и «Удджвала-ниламани-кираны» на английском она была редактором по санскриту. Это публикации GVP последнего года.

Ари Мардан д.: А где Радхика сейчас и чем занимается?

Джагад Мохини д.д.: Она выиграла грант в докторантуру в Гарвардском Университете в США, и сейчас начался её второй год обучения. Но давайте вернёмся в Индию, на десять лет назад.

Во Вриндаване она прошла полный курс санскрита по грамматике Шрилы Дживы Госвами, а в Варанаси (Бенарес) ещё три года занималась грамматикой Панини и философией языка и получила титул шастри по санскриту. В это время к ней часто обращались за консультациями редакторы английских книг – Вайджаянти Мала диди и Вичитра диди. С ней плотно работала Шьямарани д.д., готовя к печати книгу «Гопи-гита», а также Мадхава-прия Прабху, главный редактор публикаций на хинди. Поэтому при поступлении в Гарвард издательство «GVP» дало ей рекомендательное письмо с благодарностью за многолетний и бескорыстный труд. Кроме того, Радхика перевела с санскрита и хинди на русский книгу «Шри Чайтанья Махапрабху – Верховный Господь». Мы издали её даже раньше, чем она вышла на английском языке. Гурудев был этим очень доволен. Когда у неё возникали какие-то вопросы, она их обсуждала с ним на хинди.

К тому времени, когда я стала заниматься «Гитой», она уже вполне разбиралась в санскритских комментариях, хотя этот текст был достаточно сложным. Кроме того, концепция перевода стихов и дословного долго не клеилась. Мы делали какую-то часть, потом возвращались в начало и всё переписывали до тех пор, пока окончательно не сформировался фокус, через который можно просматривать весь текст. Поэтому это заняло много лет.

Сейчас я, конечно, счастлива чрезвычайно. Работа над тестом полностью завершена, переведены все восемнадцать глав. Чтобы подготовить к печати вторую и третью части «Бхагавад-гиты», мне остаётся лишь составить предметный указатель, глоссарий и т.д., то есть аппарат книги, но перевод уже завершён.

Ари Мардан д.: То есть работа была чрезвычайно скрупулезной. Вы уже немного показали это, объясняя искусство интерпретации, но хотелось бы услышать об этом подробнее. Почему перевод с санскрита, бенгали или хинди требует особой скрупулезности?

Джагад Мохини д.д.: Перевод с санскрита строго привязан к переводу каждого слова. Это отличается от стиля перевода с современных языков, потому что санскрит – древний язык. Классический санскрит считается более поздним по сравнению с ведийским, например, языком «Риг-веды», но и ему тоже тысячи лет, поэтому стиль перевода с санскрита отличается от стиля перевода с современных языков. Я как переводчик с многолетним стажем знаю, например, технику перевода с английского: английскую фразу чаще всего надо переводить с конца, страдательный залог по возможности заменять действительным. Или ещё, порядок слов в английском предложении закреплённый, в русском – свободный, поэтому обычно мы переводим английскую фразу так, как это естественно для русского языка.

В санскрите дело обстоит совсем иначе, потому что древний язык требует особой внимательности, постоянного исследования и анализа каждого слова в дословном переводе стихов и в комментарии, сохранения по возможности не только порядка слов, но и синтаксической цельности. Это затрудняет чтение перевода, зато передаёт все нюансы смысла оригинала. Так вот, перевод стихов «Бхагавад-гиты» и комментария Шри Вишванатхи Чакраварти на хинди, который выполнил Шрила Гурудев, очень близок к санскриту не только с точки зрения смысла, но даже грамматически. То есть его хинди сильно санскритизирован, иными словами, Шрила Гурудев использует язык самого высокого порядка.

Ари Мардан д.: Что значит «язык высокого порядка»?

Джагад Мохини д.д.: Это означает, что в переводе на хинди очень часто сохраняются санскритские корни и изменяются только окончания согласно грамматике современного хинди. Хинди – это синтезированный и относительно молодой язык. С одной стороны он вышел из санскрита, как и бенгали, и сохранил тесную связь с материнским языком, а с другой – включает обширную лексику из персидского, арабского и других языков.  Шрила Гурудев в своих лекциях и письменных работах пользовался именно санскритизированным хинди.

Язык «Бхагавад-гиты» и комментария Шрилы Вишванатхи был Радхике понятен, как и язык перевода Гурудева, потому что она хорошо знает санскрит. Она была способна обосновать, почему Шрила Гурудев прочитывает стихи «Гиты» именно так, а не иначе, и почему его прочтение так сильно отличается от перевода академического. Когда видишь эту разницу, естественно возникает вопрос, почему это так? Неужели ачарья имеет право делать с исходным текстом всё, что захочет? Религиозный перевод лишён объективности и научности в отличие от академического?

Ари Мардан д.: Простите, вы сейчас говорите о переводе «Гиты», выполненном Российской Академией Наук?

Джагад Мохини д.д.: Именно. Поймите, интеллигенция в России, имея интерес к «Гите», прежде всего, обратится к переводу Академии Наук, потому что считает его беспристрастным и добросовестным, то есть профессиональным. В 2009 году была выпущена последняя книга «Махабхараты», «Бхишма-парва», которая включает «Бхагавад-гиту». Перевод «Гиты» был выполнен В.Г. Эрманом, и это очень достойный перевод. Мы как представители традиции привыкли противопоставлять себя академической науке, но на самом деле мы с вами не имеем представления о том, как в действительности работают санскритологи. Учёных от нас отличает чрезвычайная скрупулёзность в работе, исследование, они учитывают всё, что только можно, а также, конечно, обладают энциклопедичными познаниями в области языка, культуры, истории и так далее. Иными словами, полное отсутствие дилетантства. О необходимости рассматривать «Бхагавад-гиту» в контексте традиции говорил ещё санскритолог В.С. Семенцов в конце семидесятых годов, и он же начал перевод классического комментария Рамануджачарьи. Они знают, что нужно изучать традиционные комментарии.

Ари Мардан д.: То есть, вы хотите сказать, что они знакомы с комментариями вайшнава-ачарьев?

Джагад Мохини д.д.: Да, знакомы, они их читают. Реальность наших дней принуждает их к этому: слишком много последователей вайшнавской традиции появилось в России, и слишком громко они говорят о ней, так что её невозможно больше игнорировать.

Конец 1 части

Набор текста: Вайшнав д., Прадьюмна д.

 


[1] Мадху был отцом Вришни, предком Васудевы и Деваки, поэтому все его потомки, в том числе Сам Кришна, носят имя Мадху или Мадхава.

[2] Согласно Пуранам, демон Мадху и его брат Кайтабха появились в самом начале творения и украли Веды у Брахмы, родившегося на лотосе, который рос из пупка Вишну. Поэтому Вишну убил обоих братьев.

 

"Когда мы узнаем Кришну, мы полюбим Его".

(Шрила Бхактиведанта Свами Прабхупада)

 

icon rss2greyicon rss2grey
        Новости               Харикатха

Rambler's Top100

Purebhakti.Ru 2007-2017